Только циник мог быть равнодушным,
Всё святое на свете кляня.
Представляться, наверно, не нужно,
Этим циником был тогда я.
Бессердечным, в любви признаваясь,
А прощаясь, молить что люблю.
И в содеяном мною не каюсь,
Тратя жизнь по-напрасну свою…
Никогда ни о чём не жалея,
Никого никогда не жалел.
Мой удел догорать, тускло тлея,
Но таков мой по жизни удел.
Не скучал по тебе, не скучаю,
Не томился в сердечном плену.
Обожал? – Может быть, я не знаю,
Но любил я всегда лишь одну.
И сказав это всё я не каюсь,
И прощения я не прошу.
Просто я так как циник прощаюсь:
В сердце след о себе уношу…
